Истина в нас
Закон — это буква, застывшая в камне, Написанная кем-то, кто где-то далече. Право — идея, что вечно меж нами, Как воздух, как совесть, как эхо на встрече. Мораль — это голос, что шепчет: «Не надо», Когда закон говорит: «Разрешено». Три эти сущности — три маскарада, Где каждый играет свою роль в кино. Закон принуждает дулом и статьёй, Право — угрозой лишиться свободы. Мораль награждает лишь только собой — Тишиной после сказанной правды в народе. Скажи мне, где спит право, когда ночь настаёт? Не в книгах, не в сводах — там только полёт Типографской краски по мёртвым листам. Оно в головах. По головам. По словам... Маленький атом — одно сознанье, В нём пульс правосознанья, в нём искра признанья. Субъективное право — не термин, не догма, А взгляд человека на то, что есть норма. Мораль без закона — как вера без храма, Право без буквы — как поле без карты. Закон без морали — сухая программа, Где люди — расходный материал вахты. Может ли каждый быть сам по себе? Мораль — да, ей храм — это сердце живое. Право без нравственности — месть на зерне, Закон и без права — насилье тупое. Но вместе — триада: огонь, плоть и слово — Создают то, что держит любого. Но где ж их исток? Где берёт начало То, что общество не разорвало? Я открою вам тайну, что спрятана просто: Забудьте про книги и пыльные корочки. Норма живёт не в чернилах и росписях, Не в судебных палатах и прокурорских замочках. Мораль, право, закон — это сны наяву, Кто-то видит их — значит, они существуют. Закройте глаза — я вам правду нарву: Всё есть субъект, что всё это чует. Не статья, не указ, не скрижаль и не догма — Единица всего — человек у порога, Что читает, что слышит, что верит, что знает, И внутри своей головы воссоздаёт, Воспринимает. Вот она, правда, простая как выдох: Норма живёт в миллиардах «я вижу». Закон без читателя — мёртвая буква, Субъект без нормы — потерянный, дикий. Субъективное право — не прихоть юриста, Не выдумка пьяного в спорной постели. Это единица, где нормы речисты, Где право и совесть в сознанье созрели. Каждый из нас — и законодатель, и суд, Каждый решает: «Законен ли труд?» Каждый решает морально ли это, И в этой минуте — вся суть права света. Текст без тебя — просто шум... Право без взгляда — безумный режим... Единица всего — это ты. Твоё восприятие, твой выбор, твой стыд. Норма в сознанье — иначе никак. Субъективное право — не враг и не мрак. Это — истина. В каждом из нас.
Закон — это буква, застывшая в камне, Написанная кем-то, кто где-то далече. Право — идея, что вечно меж нами, Как воздух, как совесть, как эхо на встрече. Мораль — это голос, что шепчет: «Не надо», Когда закон говорит: «Разрешено». Три эти сущности — три маскарада, Где каждый играет свою роль в кино. Закон принуждает дулом и статьёй, Право — угрозой лишиться свободы. Мораль награждает лишь только собой — Тишиной после сказанной правды в народе. Скажи мне, где спит право, когда ночь настаёт? Не в книгах, не в сводах — там только полёт Типографской краски по мёртвым листам. Оно в головах. По головам. По словам... Маленький атом — одно сознанье, В нём пульс правосознанья, в нём искра признанья. Субъективное право — не термин, не догма, А взгляд человека на то, что есть норма. Мораль без закона — как вера без храма, Право без буквы — как поле без карты. Закон без морали — сухая программа, Где люди — расходный материал вахты. Может ли каждый быть сам по себе? Мораль — да, ей храм — это сердце живое. Право без нравственности — месть на зерне, Закон и без права — насилье тупое. Но вместе — триада: огонь, плоть и слово — Создают то, что держит любого. Но где ж их исток? Где берёт начало То, что общество не разорвало? Я открою вам тайну, что спрятана просто: Забудьте про книги и пыльные корочки. Норма живёт не в чернилах и росписях, Не в судебных палатах и прокурорских замочках. Мораль, право, закон — это сны наяву, Кто-то видит их — значит, они существуют. Закройте глаза — я вам правду нарву: Всё есть субъект, что всё это чует. Не статья, не указ, не скрижаль и не догма — Единица всего — человек у порога, Что читает, что слышит, что верит, что знает, И внутри своей головы воссоздаёт, Воспринимает. Вот она, правда, простая как выдох: Норма живёт в миллиардах «я вижу». Закон без читателя — мёртвая буква, Субъект без нормы — потерянный, дикий. Субъективное право — не прихоть юриста, Не выдумка пьяного в спорной постели. Это единица, где нормы речисты, Где право и совесть в сознанье созрели. Каждый из нас — и законодатель, и суд, Каждый решает: «Законен ли труд?» Каждый решает морально ли это, И в этой минуте — вся суть права света. Текст без тебя — просто шум... Право без взгляда — безумный режим... Единица всего — это ты. Твоё восприятие, твой выбор, твой стыд. Норма в сознанье — иначе никак. Субъективное право — не враг и не мрак. Это — истина. В каждом из нас.