Но я верю, время лечит раны...
Дождь стучит в окно, смывая все следы. Ты ушла тогда, не сказав ни слова. А душа моя к разлуке не готова. Но я верю, что время лечит, как река, что точит камень, и рано или поздно раны затянутся, оставив лишь тихий шрам воспоминаний. За окном – серая пелена, улицы пусты, лишь редкие зонты мелькают, как призраки былого. Я сижу в полумраке комнаты, где ещё витает твой аромат – лёгкий, как утренний туман. Кофе остыл в чашке, часы тикают монотонно, отсчитывая минуты одиночества. Почему ты ушла? Были ли слова, что ранили глубже, чем молчание? Я перебираю в памяти наши вечера: смех у камина, твои пальцы в моих волосах, шепот обещаний под звёздами. Время – жестокий лекарь. Оно не спрашивает, готов ли ты. Прошли недели, месяцы. Дождь сменился снегом, снег – весенним солнцем. Я хожу теми же тропами, но без тебя мир кажется блеклым, как старая фотография. Друзья говорят: "Забудь, найди новую". Но сердце не слушает. Оно хранит тебя, как сокровище в сундуке, запертом на семь замков. И всё же вера теплится. В тихие ночи, когда луна серебрит лужи, я чувствую: ты вернёшься. Не обязательно той же тропой, но с той же искрой в глазах. Душа моя оживает, шепча: "Подожди". Дождь стучит, смывая слёзы, и я верю – время исцелит. А пока пусть льёт, очищая путь к новому дню.
Дождь стучит в окно, смывая все следы. Ты ушла тогда, не сказав ни слова. А душа моя к разлуке не готова. Но я верю, что время лечит, как река, что точит камень, и рано или поздно раны затянутся, оставив лишь тихий шрам воспоминаний. За окном – серая пелена, улицы пусты, лишь редкие зонты мелькают, как призраки былого. Я сижу в полумраке комнаты, где ещё витает твой аромат – лёгкий, как утренний туман. Кофе остыл в чашке, часы тикают монотонно, отсчитывая минуты одиночества. Почему ты ушла? Были ли слова, что ранили глубже, чем молчание? Я перебираю в памяти наши вечера: смех у камина, твои пальцы в моих волосах, шепот обещаний под звёздами. Время – жестокий лекарь. Оно не спрашивает, готов ли ты. Прошли недели, месяцы. Дождь сменился снегом, снег – весенним солнцем. Я хожу теми же тропами, но без тебя мир кажется блеклым, как старая фотография. Друзья говорят: "Забудь, найди новую". Но сердце не слушает. Оно хранит тебя, как сокровище в сундуке, запертом на семь замков. И всё же вера теплится. В тихие ночи, когда луна серебрит лужи, я чувствую: ты вернёшься. Не обязательно той же тропой, но с той же искрой в глазах. Душа моя оживает, шепча: "Подожди". Дождь стучит, смывая слёзы, и я верю – время исцелит. А пока пусть льёт, очищая путь к новому дню.
