Невеста
Белые швы под чёрным бархатом, Красная помада — как след ножа, Чикаго смеётся ржавыми окнами, Будто бы знает, что я не жива. Кто меня создал? Кто меня выбрал? Кто мне пришил эту новую ночь? Я собираю себя по осколкам, И быть чьей-то уже не могу. И ток по венам как старый блюз, И дождь по крышам как нервный пульс, Ты смотришь так, будто мир сгорел, Будто нас кто-то придумать не смел. Я не невеста — Я гроза из шрамов и света, Пепел кабарэ, Дочь электрического лета. Целуй меня Так, будто завтра не будет, Мы убежим Из этого города судеб. Пусть небеса Нас расстреляют рассветом, Я не невеста… Я стала ответом. В старом мотеле мигает вывеска, «Paradise» — но внутри пустота, Ты куришь молча, как будто бы монстр Тоже устал воскресать навсегда. Пальцы в мазуте, Глаза как авария, Сердце твоё — под бетонной плитой, Мы слишком странные для этой Америки, Чтобы остаться её красотой. И джаз ломается в радиоволне, И ночь танцует на нашем огне, Нас не спасут ни святые, ни ток, Мы — чей-то самый яркий порок. Я не невеста — Я гроза из шрамов и света, Пепел кабарэ, Дочь электрического лета. Целуй меня Так, будто завтра не будет, Мы убежим Из этого города судеб. Пусть небеса Нас расстреляют рассветом, Я не невеста… Я стала ответом. Сирены воют где-то вдали, Гангстеры молятся на фонари, А я смеюсь среди чёрных витрин — Мёртвые тоже хотят быть людьми. Если любовь — это шок для двоих, Значит мы созданы именно им, И под дождём из искр и стекла Я наконец-то себя обрела. И когда город погаснет под утро, Когда останется только туман, Кто-то расскажет легенду: «Она сбежала от собственных ран…» Не как невеста. Не как творение. Не как ошибка чужой головы. А как последняя вспышка безумия В сердце уставшей, железной любви.
Белые швы под чёрным бархатом, Красная помада — как след ножа, Чикаго смеётся ржавыми окнами, Будто бы знает, что я не жива. Кто меня создал? Кто меня выбрал? Кто мне пришил эту новую ночь? Я собираю себя по осколкам, И быть чьей-то уже не могу. И ток по венам как старый блюз, И дождь по крышам как нервный пульс, Ты смотришь так, будто мир сгорел, Будто нас кто-то придумать не смел. Я не невеста — Я гроза из шрамов и света, Пепел кабарэ, Дочь электрического лета. Целуй меня Так, будто завтра не будет, Мы убежим Из этого города судеб. Пусть небеса Нас расстреляют рассветом, Я не невеста… Я стала ответом. В старом мотеле мигает вывеска, «Paradise» — но внутри пустота, Ты куришь молча, как будто бы монстр Тоже устал воскресать навсегда. Пальцы в мазуте, Глаза как авария, Сердце твоё — под бетонной плитой, Мы слишком странные для этой Америки, Чтобы остаться её красотой. И джаз ломается в радиоволне, И ночь танцует на нашем огне, Нас не спасут ни святые, ни ток, Мы — чей-то самый яркий порок. Я не невеста — Я гроза из шрамов и света, Пепел кабарэ, Дочь электрического лета. Целуй меня Так, будто завтра не будет, Мы убежим Из этого города судеб. Пусть небеса Нас расстреляют рассветом, Я не невеста… Я стала ответом. Сирены воют где-то вдали, Гангстеры молятся на фонари, А я смеюсь среди чёрных витрин — Мёртвые тоже хотят быть людьми. Если любовь — это шок для двоих, Значит мы созданы именно им, И под дождём из искр и стекла Я наконец-то себя обрела. И когда город погаснет под утро, Когда останется только туман, Кто-то расскажет легенду: «Она сбежала от собственных ран…» Не как невеста. Не как творение. Не как ошибка чужой головы. А как последняя вспышка безумия В сердце уставшей, железной любви.