На поле танки грохотали
Музыка и слова народные. Песня из фильма «На войне как на войне» Песня сложена в начале Великой Отечественной войны. Представляет собой переделку старой шахтерской песни «Молодой коногон», прозвучавшей в фильме «Большая жизнь» (1940). В фильме ее исполняет отрицательный герой-вредитель Макар Лаготин. В 1946 году была снята вторая серия фильма «Большая жизнь», в которой Макар Лаготин снова исполнял эту песню. Вариант фронтовой переделки «Коногона» был опубликован в повести Виктора Курочкина «На войне как на войне», а в своем теперешнем варианте она появилась в одноименном кинофильме Виктора Трегубовича, посвященном экипажу противотанковой самоходной артиллерийской установки СУ-85 во время Великой Отечественной войны. Сразу после премьеры кинофильма песня обрела огромную популярность в армейской среде, особенно среди танкистов и артиллеристов-самоходчиков. Как и у всякой народной песни, у этой песни существует огромное количество вариантов не только для танкистов, но и для других военных профессий: летчиков, десантников, матросов, партизан. Схема рифмовки песни напоминает рифмовку многих народных песен — чередование ABAB и ABCB, то есть третья строка не всегда рифмуется с первой. Тем не менее, есть основания предполагать, что в первоначальном тексте рифмовка соблюдалась строже: так, к строке «И будет карточка пылиться» более естественная рифма «...при петлицах» (петлицы на гимнастерке в армии были отменены в январе 1943 года). То же относится к вариантам строк «И похоронка понесется ... Что сын ваш больше не вернется», «И мать от горя зарыдает, Слезу рукой смахнет отец, И дорогая не узнает ...». Упоминаемый в песне каркас — это специальные носилки на ножках для переноски снарядных ящиков и погрузки боекомплекта в танк. Также на них можно положить тело погибшего воина. Кроме того, гроб с телом погибшего героя перевозят на орудийном лафете, а перед погребением переносят для прощания на каркас. Строчка «и залпы башенных орудий» относится к временам танкостроения, когда танковые орудия делились на башенные и корпусные. В современном понимании в танкостроении такого деления нет, а башенные орудия относятся лишь к корабельной артиллерии. Текст На поле танки грохотали, Солдаты шли в последний бой, А молодого командира Несли с пробитой головой. Под танк ударила болванка, Прощай, гвардейский экипаж! Четыре трупа возле танка Дополнят утренний пейзаж. Машина пламенем объята, Сейчас рванет боекомплект, А жить так хочется, ребята, Но выбираться сил уж нет. Нас извлекут из под обломков, Поднимут на руки каркас, И залпы башенных орудий В последний путь проводят нас. И полетят тут телеграммы Родных, знакомых известить, Что сын их больше не вернется И не приедет погостить. В углу заплачет мать-старушка, Слезу рукой смахнет отец, И дорогая не узнает, Каков танкиста был конец. И будет карточка пылиться На полке пожелтевших книг — В танкистской форме, при погонах И ей он больше не жених.
Музыка и слова народные. Песня из фильма «На войне как на войне» Песня сложена в начале Великой Отечественной войны. Представляет собой переделку старой шахтерской песни «Молодой коногон», прозвучавшей в фильме «Большая жизнь» (1940). В фильме ее исполняет отрицательный герой-вредитель Макар Лаготин. В 1946 году была снята вторая серия фильма «Большая жизнь», в которой Макар Лаготин снова исполнял эту песню. Вариант фронтовой переделки «Коногона» был опубликован в повести Виктора Курочкина «На войне как на войне», а в своем теперешнем варианте она появилась в одноименном кинофильме Виктора Трегубовича, посвященном экипажу противотанковой самоходной артиллерийской установки СУ-85 во время Великой Отечественной войны. Сразу после премьеры кинофильма песня обрела огромную популярность в армейской среде, особенно среди танкистов и артиллеристов-самоходчиков. Как и у всякой народной песни, у этой песни существует огромное количество вариантов не только для танкистов, но и для других военных профессий: летчиков, десантников, матросов, партизан. Схема рифмовки песни напоминает рифмовку многих народных песен — чередование ABAB и ABCB, то есть третья строка не всегда рифмуется с первой. Тем не менее, есть основания предполагать, что в первоначальном тексте рифмовка соблюдалась строже: так, к строке «И будет карточка пылиться» более естественная рифма «...при петлицах» (петлицы на гимнастерке в армии были отменены в январе 1943 года). То же относится к вариантам строк «И похоронка понесется ... Что сын ваш больше не вернется», «И мать от горя зарыдает, Слезу рукой смахнет отец, И дорогая не узнает ...». Упоминаемый в песне каркас — это специальные носилки на ножках для переноски снарядных ящиков и погрузки боекомплекта в танк. Также на них можно положить тело погибшего воина. Кроме того, гроб с телом погибшего героя перевозят на орудийном лафете, а перед погребением переносят для прощания на каркас. Строчка «и залпы башенных орудий» относится к временам танкостроения, когда танковые орудия делились на башенные и корпусные. В современном понимании в танкостроении такого деления нет, а башенные орудия относятся лишь к корабельной артиллерии. Текст На поле танки грохотали, Солдаты шли в последний бой, А молодого командира Несли с пробитой головой. Под танк ударила болванка, Прощай, гвардейский экипаж! Четыре трупа возле танка Дополнят утренний пейзаж. Машина пламенем объята, Сейчас рванет боекомплект, А жить так хочется, ребята, Но выбираться сил уж нет. Нас извлекут из под обломков, Поднимут на руки каркас, И залпы башенных орудий В последний путь проводят нас. И полетят тут телеграммы Родных, знакомых известить, Что сын их больше не вернется И не приедет погостить. В углу заплачет мать-старушка, Слезу рукой смахнет отец, И дорогая не узнает, Каков танкиста был конец. И будет карточка пылиться На полке пожелтевших книг — В танкистской форме, при погонах И ей он больше не жених.